- Письма с картинками №18, Июнь 2001г.



Никитична

 

Это последний раз, когда я выбираю подобную тему. Последний - потому что ничего мучительнее в жизни у меня не писалось. И дёрнул же меня чёрт пообещать вам этот рассказ... Ну что ж, обещания любят, когда им верен...

А вы, между прочим, не пробовали никогда свежий огурец с сахаром? Это меня бабушка в детстве научила. Берётся совсем ещё зелёный огурчик (лучше светленький, чтоб не слишком горький был, и утром - с грядки, чтобы в тепле “вспотел”). Макается целиком в сахарницу и - откусывается. Потом ещё макается, и снова - откусывается и т.д. Фантастическая вещь. Нет, ну конечно, бывали у бабушки и блинчики, и оладушки, и чебуреки, и сочень, и пироги, и ватрушки, и соусы такие, что пальцы свои можно отхватить облизываясь. Но... чаще вспоминается этот самый огурец.

А ещё вспоминаются шесть жареных пескарей... Ну, маленькие они. Ну так что? Килька куда меньше, а соседи мои жарят её только в путь! Однажды мы с братом вернулись с речки после рыбалки и принесли в бидончике этих несчастных пескариков. Они уже пузами к верху там плавали, когда бабушка вдруг нам предложила: “Пожарим?” - Пожарим!.. Пожарили. И съели с треском в один миг. Конечно, всё это глупости я несу какие-то... Да ещё всё о еде, да о еде...

В начале каждого лета мама с папой привозили нас из Новополоцка в Оболь. В деревню - к бабушке на побывку. На всё лето. И это был рай. Детство - это всегда рай, но в деревне - рай вдвойне. Куда там, вчетверо! Мы же с братом были. Вдвоём нам скучно никогда не было. Я вообще никогда не мог понять, как растут другие дети без братьев или сестёр... Это же невыносимо, должно быть...

Нам было здорово одним с бабушкой. Мы почти не играли с соседскими ребятами. Просто не было нужды. И, конечно, несмотря на всё, мы безумно ждали выходных, когда к нам приедут, наконец, папа с мамой и привезут что-нибудь вкусненькое или... велосипед. Я вот сейчас только подумал, а сколько же раз мы их разобрали и собрали! В смысле, не собрали... До сих пор в кладовке старого дома, где уже давно никто не живёт, лежат несколько ящиков, забитые по самое “не хочу” звёздочками, клиньями, педалями, втулками, спицами и всякой другой измазанной солидолом и мазутой нечистью, от которой отмыть может лишь керосин... Он так классно горит... Ой, я отвлёкся.

Однако... Пишу бред какой-то. Но разве не бред вся наша с вами жизнь? Нет... она точно не бред. Не умею просто. Знаете, в голове вертятся и мелькают тысячи приятных историй и картинок, приятно наполняя собой моё воображение, но так же приятно наполнить ими ваше восприятие, я знаю, не смогу... Обидно. Ну где же ты, “о великий и могучий”?!

А однажды мы уговорили бабушку разрешить нам ночевать на сене, которое накануне высушили и забросили на сеновал. Мягкое, пахнущее, немножко колкое, но такое забавное - оно так классно повторяло все очертания тела, а главное: не нужны всякие там простыни, раздевания, ноги мыть... Ну что ж, бабушке пришлось покориться и идти с нами. Какой там может быть сон для пожилого человека? Да ещё на новом месте... А утром рано вставать: поросёнок, куры, жуки колорадские... Ну а мы же - ликовали! Долго не могли заснуть, всё вертелись... И вдруг, нас разбудила страшная молния. Вспышки света (всегда так нежданно) влетали сквозь щели между досок, заставляли вздрогнуть и будили в голове страшные фантазии. Мы сжимались, было какое-то время страшно, но потом (мы же маленькие были) снова засыпали. Бедной бабушке пришлось, естественно, отнести нас в дом... Помню сонную и льющую темноту, скользкий глиняный спуск к крыльцу... Ещё помню, как всегда - в молнию - она боялась включать свет. Рассказывала как выбило однажды пробки в счётчике... А ведь, правда, домик на горе и, если долбанёт рядом, то долбанёт в него... А ведь был случай, что в дерево на холме за ручьём (огромный серебристый тополь метров 20 в высоту) ударил разряд молнии и оно рассеклось внутри... А может мне приснилось... Странная штука - память... Иногда не знаешь точно, как именно было: во сне или наяву.

Позднее, я много раз ночевал на сеновале. Дед держал корову, и каждое лето пуня набивалась огромным слоем сена. То сено было особенным. Душистое, не пыльное, со стебельками. Хотя до сих пор не понимаю, как такие огромные животные как коровы могут всю зиму им питаться… Абсурд какой-то. А заснуть на сене мне всегда трудно. Долго лежу и верчу в голове дневные мысли. Люблю засыпать последним. Но как это ни удивительно, в обед, в жару, на сене заснуть плёвое дело. Секунда - и отрубился. А, пускай врачи с психологами разбираются...

Зато как всегда прекрасно просыпаться утром. Сышать стук капель дождя по жестяной крыше или слышать как щебечут ласточки, что свили гнездо под потолком; видеть кусочек голубого неба в маленьком проёме под потолком, - и, натягивая на холодный нос сшитое из разноцветных лоскутов одеяло, засыпать и сладко дремать дальше...

Прежний маленький бабушкин домик стоит на горке, окаймлённой двумя ручейками, сливающихся с южной стороны и через два огорода вливающихся в мою любимую реку Оболь. Рассказывают, что когда я родился, к бабушке прибежали её знакомые, потащили к реке и бросили её в воду! Смешно, конечно, вспоминать... Это был, кстати, единственный случай, когда наша бабушка “купалась” в реке - она боялась воды.

Мы с братом часто рыбачили на этой речушке. Можно сказать, выросли на ней. Бывало даже, что я забирался за 20 км. вверх по течению, с одним только рюкзаком за плечами да спиннингом в руках. И в каждое такое утро, когда я просыпался на рыбалку, просыпалась и бабушка. Уж как я ни старался быть неслышным и невидным, но она слышала и видела: вставала, зажигала свет, собирала завтрак, искала термос, беспокоилась… Потом, наверное, уже и не ложилась. А когда я выходил из дому, желала “ни хвоста, ни чешуи”, легонько перекрещивала меня и шептала “господи, помоги моему Олежке...”, а я в ответ улыбался и замечал раззадоренный предчувствием большой рыбалки, что “Бога нет”. Есть Бог, есть. Просто есть он не у всех. У меня его нет. А у неё есть точно. И хоть она редко, почти никогда, не ходит в церковь (наверное, просто ей это не нужно), она всё таки сильно верит в своего Бога. Да и нельзя, видимо, иначе прожить на этом свете людям, пережившим войну, смерти, боль, отчаяние и столько несправедливости, сколько многим из нас даже не снилось. К тому же в деревне совершенно особое отношение к религии (там и слова такого не употребляют!) - в деревне и праздники сопряжены с именами святых, апостолов и не знаю кого. Это здорово. Я отчего-то люблю народные приметы и пословицы. Хотя в большинстве своём они, понятное дело, обыкновенные суеверия. Но для меня важно то, что они составляют историю, традиции, культуру. “Пришёл Петрок, сорвал листок” бывало говаривала бабушка, когда отступало лето. Или “Илья подбросил льда...”, когда остывали дни, а мы всё ещё бегали купаться на речку. И откуда она всё это знает? А откуда я это знаю? Или тоже приснилось?

Бабушку часто приглашали на свадьбы. Она прекрасно готовит и сервирует. Я помню, как она утром набрасывала на окна полотенца, чтобы не просвечивало солнце и не будило нас подольше, закрывала двери снаружи на навесной замок, чтобы никто чужой не вошёл в дом, и убегала готовить... или пасти вместо кого-то коров, или доить чью-то козу... всем всегда помогала. И ей многие помогают и по сей день.

Grandma's house Бабушкино крылечко.
Это мы, проказники, Я и брат Саша. А позади нас бабушкино крылечко... Сейчас там уже никто не живёт.

Я просыпался всегда последним. В 11-12 часов. Был даже случай, что я проспал аж до часу. А Сашка вставал, как только просыпался. И съедал утром всю созревшую за ночь клубнику. Бабушка всегда жалела меня и отгоняла его, как дроздов, с огорода. После брату становилось скучно и он приходил будить меня - а я каждый раз старался поспать ещё и ещё... А теперь вот не сплю - не спится. Права была бабушка, говоря нам по утрам, накидывая одёжку на окно и вдруг замечая наши расплющившиеся заспаные глазёнки: “Спите. Спите... Спите, раз спится.” Действительно, в детстве спится.

Brother Брат на качелях возле избушки.
А я ещё сплю...

Да что я вам всё рассказываю?! Не нужно это. Приезжайте-ка лучше в деревню к моей бабушке. Порыбачим, попаримся, послушаем клёкот аистов на водокачке у дома, искупаемся в прозрачной речной воде, поспим на сене, просто подышим вечерним туманом. Словом, вернёмся в счастливое детство. Всё-таки это возможно - вернуться назад!

Совсем забыл... Но вы, думаю, уже догадались, что Никитична - это прозвище моей бабушки Валентины Никитичны. А что? Красивое имя. И жизнь - красивая.

То be continued...

Захотелось мне вот как-то про воображение написать... Не знаю - получится ли. Но попробую. Но больше никаких биографий! Никогда! Проще поэмы писать или фантастику научную... Хотя стихи тоже вещь пренеприятнейшая и двуликая... Как там у Шевчука поётся:

   ... поэтичность языка -
   Легковесная химера;
   Этой дряни нету дела
   До осеннего меня...

Стойте! А ведь осень пришла... Осень! Вот и тема есть у нас для следующего выпуска... Что-то есть в осени - что-то, что каждый раз заставляет меня верить и любить. И вы верьте. И любите.

До скорого. До осени.


Visit #99120Visit #99120Visit #99120Visit #99120Visit #99120
Next Page Previous Page Previous Page